| |
 |
Глава 15
Последняя война гангстеров
Когда Болван Луи внезапно положил конец земной карьере Кида Твиста посреди толпы зевак Кони Айленда, три крупнейших банды из тех, на которые развалилась бывшая банда Монаха Истмена, попали под руководство Большого Джека Зелига, Джека Сирокко и Чика Трикера. Но из них только Зелиг сохранил за собой славу бандитского вожака, поскольку Трикер и Сирокко в первуб очередь были владельцами салунов, а руководство бандой всегда стояло для них на втором месте. У Сирокко, вид которого внушала почти такой же трепетный ужас, как внешность Монаха Истмена, всегда ходил в клетчатой кепку, надвинутой на глаза, редко бывал бритым, и держал процветающий кабак в Бауэри, ставший любимым местом гангстеров после того, как были закрыты некоторые из кабаков Чайнатауна. Заведение Трикера на Парк Роу было закрыто по требованию Комитета Четырнадцати в 1910 году, но за год до того, как реформаторы покусились на его кабак, Трикер стал интересоваться районом, который ранее был известен как Круг Сатаны. Там он купил у Пижона Дэна кафе "Олень" на западе Двадцать Восьмой улицы возле Бродвея, переименовал его в кафе "Мэриленд", и вскоре превратил в один из самых бесчинствующих притонов, ставший известным даже в и без того отличавшихся бесчинством окрестностях. Гангстеры Трикера, всего около тридцати головорезов, встречались в "Мэриленде" и занимались кражами, торговлей наркотиками и избиениями, и в общем вели себя в соответствии с законами преступного мира. Трикер поддерживал связь с нижней частью Ист-Сайда, имея свой интерес в кабаке Джека Пиоджи, на Дойерс стрит, что рядом с Кровавым Углом. Через год, или чуть позже, Трикер стал владельцем "Гадюшника", вонючего притона на Бауэри, 241.
Несчастья часто случались в кафе "Мэриленд" за те несколько лет, что оно просуществовало. В конце 1909 года там были убиты трое человек в ссоре между бандитами Трикера из-за женщины, а примерно через год позже главарь банды сделал серьезную ошибку, посмеявшись над "гоферами". Возможно, Трикер недооценил силу и жестокость, страшных хозяев Вест-Сайда, или поверил сообщениям о том, что "гоферы" заняты кровопролитной меджуусобицей; как бы то ни было, он не стал мешать одному из своих головорезов, когда тот забрел в Адскую Кухню, завоевал там впечатлительное сердце Иды Гусыни, и с триумфом привел ее на Двадцать Восьмую улицу, где она была официально признана королевой "Мэриленда". Ида Гусыня, будучи выдающейся красавицей преступного мира, была предметом вожделения множества атаманов "гоферов", и ее предательство породило множество слухов. "Гоферы" возмущенно потребовали немедленного вернуть ее в "Адскую Кухню", но она отказалась покидать своего нового любовника. Тогда они послали к Чику Трикеру эмиссара с угрозами, забрать девушку силой. Трикер отказался вмешиваться в это дело, и представитель Вест-Сайда вернулся с собрания в крайнем раздражении. В "Адской Кухне" тут же началась подготовка к войне, но ближайшие несколько недель ничего не происходило, гангстеры Трикера, тоже основательно подготовившиеся к нападению, ослабили бдительность, и гарнизон "Мэриленда" значительно уменьшился. Однажды октябрьской ночью, когда выпал первый снег, четыре лучших бойцов "гоферов", один из которых пользовался благосклонностью Иды Гусыни, зашли в кафе и подошли к стойке бара, как обычные посетители. Они заказали пиво, а с полдюжины гангстеров Трикера нервно наблюдали за ними из-за столов, удивляясь наглости "гоферов", явившихся в открытую в штаб своих признанных врагов; они до такой степени были шокированы, что даже не напали на столь дерзких незваных гостей. Молчание нарушила Ида Гусыня.
- Однако! - возмущенно крикнула она. - Ну вы и нахалы!
"Гоферы" не обращали на нее внимания. Они спокойно попивали пиво, и, когда кружки опустели, один из них сказал:
- Ну ладно, давай, что ли!
Они развернулись и восемь револьверов вылетели из их карманов не успели ошеломленные бандиты Чика Трикера вытащить свои стволы, как град пуль обрушился на столы со стороны бара. Двое барменов, не являющихся членами вооруженных сил Трикера, сразу же упали на пол, а пятеро из шести гангстеров Трикера получили тяжелые ранения. Шестой, молодой Локинвар, который и увел Иду Гусыню из "Адской Кухни", отбросил свое оружие, и быстро заполз под широкие юбки своей возлюбленной. "Гоферы" не стали стрелять в него. Они спокойно ждали с револьверами в руках, ожидая действий от Иды Гусыни. И эта леди повела себя достойно, согласно лучшим традициям "Адской Кухни". Она строго посмотрела на трусливого негодяя, который заполучил ее любовь и соблазном выманил ее из логова "гоферов", и, презрительно пожав плечами, наклонилась и вытащила бандита из убежища.
- Эй, вы! - крикнула она. - заберите его!
Она вытолкнула его на середину комнаты, и он, дрожа, так и стоял там на четвереньках. Потом одновременно выстрелили четыре револьвера и четыре пули вошли в его тело. Потом вперед шагнул "гофер", который был прежним возлюбленным Иды Гусыни, и по гангстерскому обычаю, завершил дело, стрельнув ему в голову. Затем "гоферы" развернулись и вышли на улицу. А за ними, на почтительном расстоянии, шла Ида Гусыня, румяная от гордости, что в честь нее состоялась такая борьба. Впредь, однако, она никогда более не покидала "Адской Кухни".
Настоящее имя Большого Джека Зелига было Уильям Альбертс. Он родился на Норфок-стрит в 1882 году в уважаемой еврейской семье, и начал свою криминальную карьеру в возрасте четырнадцати лет, убежав из дому и став одним из бригады юных карманников Сумасшедшего Батча. Он был способным учеником и поистине обладал воровским талантом; он так быстро преуспевал в этом деле, что уже через год сбежал от него и стал с успехом работать самостоятельно, ловко воруя кошельки и драгоценности в толпе на Бауэри и Чэтэм-сквер. Это был стройный маленький мальчик с худощавым лицом, с огромными карими глазами, которые, казалось, готовы были наполниться слезами в любой момент; взгляд же его быва таким испуганным, когда его арестовывали, что сердце обвинителя смягчалось, и заявление отзывалось. Одного человека, у которого Зелиг стянул кошелек и перстень с драгоценным камнем, настолько замучала жалость к мальчику с такой невинной внешностью, что он купил ему новый костюм и еще всучил денег. Детская внешность Зелига помогала ему до поры до времени, но когда ему было уже за двадцать, он уже достаточно вырос, стал долговязым, и его полные слез глаза уже служили ему столь доброй службы, он разработал другую схему, как обводить правосудие вокруг пальца. Когда его привлекали к суду, в зал заседаний робко заходила хрупкая девушка и, плача, причитала перед магистратом:
- О, Судья, во имя Господа Бога, не посылайте моего мальчика, моего мужа и отца моего ребенка в тюрьму!
Мало чье сердце из судебных работников низшей инстанции оказывалось достаточно твердым, чтобы устоять перед слезами и мукой в голосе девушки, и поэтому Зелига освобождали с предупреждениями; ему рекомендовалось быть хорошем мальчиком, и идти домой к жене и ребенку, которых у него, конечно же, не было. Но в конце концов Зелиг предстал перед секретарем Джоном Гоффом, который позже стал был судьей Верховного Суда и был исключительно уравновешенным юристом.
Секретарь терпеливо выслушал девушку до конца, а затем вежливо приказал, чтобы ее вывели из помещения; в тот раз Джек Зелиг был приговорен к своему первому из многих тюремному заключению. Выполнив свою задачу, девушка впоследствии пропала из виду, а для того, чтобы обеспечить себя необходимой защитой, Зелиг присоединился к банде Монаха Истмена. Он вскоре стал выдающейся фигурой преступного мира, и получил широкую известность своим умелым обращением с револьвером и дубинкой. На тот момент, когда Истмен попал в тюрьму, по бандитской иерархии Зелига, наверное, можно было поставить наравне с Кидом Твистом и Ричи Фицпатриком. Зелиг сохранял лояльность по отношению к Твисту во время его войны с Фицпатриком за право наследования, а после смерти Твиста он предложил Джеку Сирокко и Чику Трикеру, чтобы они поделили группировку на три банды, и дали гангстерам самим выбирать себе вожака. Самые выдающиеся головорезы и убийцы Истмена доверили свои судьбы Зелигу, и, по мере возрастания его известности, у него все прибавлялось последователей из числа тех амбициозных юношей, которые желали проявить свою доблесть в качестве бойцов и убийц. Самыми, наверное, известными из новоприбывших были Гип Кровавый, Левый Луи, Франк Даго и Белый Льюис, которым славу стрелков принесло убийство Розенталя. Их настоящими именами были Гарри Горовиц, Луи Розенберг, Франк Чирофици и Якоб Сидершнер. Товарищи Горовица называли его вначале Гиб Кровавый, но Гиб звучало несколько неудобно, и газетчики скоро поменяли его на Гип, и таким образом, в историю гангстеров он вошел под именем Гип Кровавый.
В свободное от заказов Джека Зелига и обирания пьяных в кабаках Бауэри время, Гип Кровавый охранял дешевые танцах в Ист-Сайде; он вскоре стал одним из самых известных и лучших вышибал со времен Монаха Истмена. Он обладал необыкновенной силой и частенько хвастался, что может о колено сломать человеку позвоночник. Более того, несколько раз он выполнил этот подвиг перед свидетелями; однажды, чтобы выиграть пари на два доллара, он схватил какого-то человека, который был тут совершенно не при чем, и сломал ему позвоночник в трех местах. Мастерски научился он и стрелять из револьвера; и чрезвычайно точно бросал бомбы, что ему особенно нравилось.
- Мне нравится слышать грохот, - объяснял Гип Кровавый. Организовал он и свое независимое дело - возглавил небольшую "банду Ленокс Авеню", состоящую из грабителей и карманщиков, орудовавших в верхней части города, где-то в районе Сто Двадцать Пятой улицы. Белый Льюис был третьесортным боксером, но под опекой Бига Джека стал мастером дубинки и метким стрелком. Левый Луи первоначально был карманником, но, тем не менее, он всегда соглашался выполнить работу, где требовалось применить оружие; а Франк Даго был известен своей репутацией убийцы, и презирал задания, не обещавшие кровопролития. Говорят, что еще до убийства Розенталя на его пистолете уже было шесть зарубок, а Вал О'Фаррелл, видный детектив из Центрального Офиса, широко известный в преступном мире, как один из "Трех Мушкетеров" - остальными двумя были Кинстлер и Дугган, его партнеры, - однажды описал его как самого крутого в мире. Франк Даго был сначала в банде Чика Трикера, но тот не смог предоставить ему достаточно заданий, чтобы удовлетворить непокорный дух Даго, поэтому он перебежал к Зелигау У него была девушка по имени Сэди-голландка, которая тоже была выдающимся бойцом - она носила мясницкий нож в муфте и частенько прибегала к нему, когда ее любовнику приходилось туго.
<<... предыдущая стр. :: следующая стр...>>
п»ї1 :: 2 :: 3 :: 4 :: 5 :: 6 :: 7 :: 8 :: 9 :: 10 :: 11 :: 12 :: 13 :: 14 :: 15 :: 16 :: 17 :: 18 :: 19 :: 20 :: 21 :: 22 :: 23 :: 24 :: 25 :: 26 :: 27 :: 28 :: 29 :: 30 :: 31 :: 32 :: 33 :: 34 :: 35 :: 36 :: 37 :: 38 :: 39 :: 40 :: 41 :: 42 :: 43 :: 44 :: 45 :: 46 :: 47 :: 48 :: 49 :: 50 :: 51 :: 52 :: 53 :: 54 :: 55 :: 56
| |
| |
|
|
|
