| |
 |
По окончании занятий Дейв-итальянец рассылал мальчиков на улицы, оттачивать свое искусство на практике, или сдавал их в аренду ворам и грабителям, чтобы они стояли "на стреме". Иногда какой-нибудь вор выплачивал "деду" уговоренную сумму и нанимал некоторое число мальчиков на определенный период, в течение которого вся добыча детей принадлежала ему. Но он был обязан обеспечивать их питанием и кровом, и выгода от такого предприятия была, в общем-то, всегда очень непредсказуемой. Махони стал столь совершенным карманником и вором, Дейв-итальянец сделал его своим личным мальчиком, и позволил ему привилегии, каковых не получал никто другой. Махони часто сопровождал хозяина в воровских вылазках. Иногда он шарил по карманам пьяниц, на которых указывал Дейв-итальянец, или выхватывал кошелек у нерасторопной женщины; иногда он заводил разговор с хорошо одетым человеком, отвлекая его внимание, в то время, как Дейв-итальянец подходил к жертве сзади и бил по голове кистенем, после чего удалялся, а мальчик обшаривал карманы бесчувственной жертвы. Став постарше, Махони порвал с Дейвом-итальянцем и присоединился к одной из банд Пяти Точек. Позже, отслужив срок ученичества, он организовывал собственную воровскую банду, и перебывал в свое время и взломщиком, и мошенником.
В течение десяти лет после Гражданской Войны состояние многих районов нижней и средней части города было даже хуже, чем в Пяти Точках и Четвертом округе. С попустительства подкупленных должностных лиц и политических деятелей подрядчики поспешно строили вплотную друг к другу дешевые многоквартирные дома в и без того перенаселенных районах для того, чтобы разместить орды иммигрантов, и эти здания быстро превращались в наихудшие трущобы. В особенно запущенное состояние пришел Десятый округ, к северу от Площади Чатема и Дивижн-стрит и на большой части территории, которая теперь известна как нижний Ист-Сайд. Самые плохие условия в этом районе были на улице Хестера и в квартале, ограниченном улицами Питт, Стэнтон, Уиллетт, и Хьюстон-стрит, где находился двойной ряд многоквартирных домов, известный под названием "Нора Сборщиков Лохмотьев".
Но не менее, а может, и более трущобными были и другие места - "Гнилой Ряд" на Лоренс-стрит, "Линия Бедности" и "Ряд Страдания" на Девятой и Десятой авеню и Голландском Холме, группа лачуг на востоке Сороковой улицы около Ист-Ривер. Из этих трущоб подростковые банды хлынули лавиной. Банда Девятнадцатой улицы, представлявшая собой наиболее порочное собрание юных головорезов, с которыми побаивалась связываться даже полиция, состояла из мальчиков, живших в "Линии Бедности" и "Ряде Страдания". Многоквартирные дома вокруг Второй авеню и восточной части Тридцать четвертой улицы, населенные преимущественно ирландцами-католиками, породили такого вожака юных бандитов, как Малыш Майк, водивший свою банду в многочисленные набеги на открывавшиеся время от времени протестантские миссии и школы. Малыш Майк получал удовольствие от того, что прерывал уроки и церковные службы, швыряя камни в окна, после чего он просоывал в комнату голову и орал: "Идите к черту, старые протестанты!" С полдюжины банд маленьких нищих и воров осложняли жизнь торговцев и домовладельцев в нижней части Вест-Сайда, в районе Гринвич и Вашингтон-стрит и вокруг старой Церкви Троицы.
На Уорт, Мотт, Малберри, Бакстер-стрит и других улицах Бауэри и Пяти Точек открывались кабаки, рассчитанные исключительно на беспризорников, где им продавали страшное виски по три цента за стакан и предоставляли для развлечения маленьких девочек. Из-за одной из них двое мальчишек из банды "Макрельщиков" устроили дуэль на ножах в парке Сити Холл посреди толпы подзуживающей молодежи, вооруженной ножами, дубинками и камнями. Один из мальчишек был убит, и все закончилось всеобщим побоищем, в котором участвовали более пятидесяти юных бандитов. В различных частях города находилось полдюжины игорных домов, где мальчишки спускали свои скудные сбережения, играя в "фараона" или "полиси". Владельцы публичных домов нанимали детей зазывалами, а независимые проститутки предоставляли им работу по распространению рекламы и доставке клиентов. По улицам носились сотни мальчиков и девочек, производя резкие звуки своими скрипками, арфами, и другими музыкальными инструментами, и выпрашивая милостыню, которую потом сдавали своим хозяевам. Большинство уличных музыкантов жили в трущобах Малберри Бенд, где вскоре после Гражданской войны обосновалась сильная колония итальянцев, постепенно вытесняя ирландцев. В большинстве случаев дети были проданы ворам своими родителями еще в Италии.
Одной из выдающихся ранних банд юных террористов была "банда Депо Четвертой авеню", которая собиралась в трамвайных депо на Четвертой авеню, ныне это нижняя часть Парк авеню, от Тридцать четвертой до Сорок второй улицы. Говорят, что лидером этой банды был Ричард Крокер, позже звезда Таммани Холл. Позже, прежде, чем попасть в политику, Крокер был боксером и участвовал в нескольких официальных боях, выйдя из всех победителем. Другой известной подростковой бандой были "пижоны Бакстер-Стрит". Эти парни явились на свет в семидесятые годы под руководством мальчика ангельской внешности, в действительности бывшего крутым малышом; его звали Вилли Детское Личико. У "пижонов" был собственный театр, который они назвали "Театром Великого Герцога", находившийся в подвале пивной забегаловки по адресу Бакстер-стрит, 21. Там они ставили пьесы и музыкальные шоу собственного сочинения,
И расходы на постановку были у них невелики, поскольку всякий раз, когда они требовались декорации или костюмы, они просто крали все, что было нужно из больших театров Бауэри или у торговцев. Театр стал любимым местом развлечений беспризорников всего города, и Пижоны делали неплохой бизнес, разделяя прибыль по принципу pro rata. Входной билет стоил десять центов. Но другие молодежные банды Пяти Точек и Малберри Бенд стали завидовать их успехам, и принялись во время каждого представления забрасывать театр камнями и практически ни одна ночь не проходила без драки. В конце концов, частью из-за драк, а частью из-за того, что мальчики не платили налог на развлечения, полиция закрыла театр.
В период, когда королем гангстеров был Монах Истмен, в конце девяностых и начале двадцатого столетия, самой деятельной молодежной бандой в городе была группа карманников под руководством Сумасшедшего Батча, одного из прихвостней Истмана, опытного магазинного вора, известного также, как Дерби Кид, которого в конце концов убил из за женщины Солдат Гарри. Сам Сумасшедший Батч попал на улицу в нежном возрасте восьми лет, и через два года сменил тяжкий труд по чистке обуви и продаже газет на более прибыльный бизнес карманника. Когда ему было тринадцать, он украл собаку, назвал ее Рабби, и со временем обучил животное выхватывать сумочку из рук невниамтельной женщины и убегать с ней улицам, пока он не избавится от преследования. Только после этого собака шла к Сумасшедшему Батчу на угол Уилетт и Стэнтон-стрит, гордо виляя хвостом. Став постарше, Сумасшедший Батч возглавил детскую банду в Ист-Сайде, и через несколько месяцев руководил группой в двадцать - тридцать человек, бродивших по улицам и воровавших кошельки и муфты. Они выходили на работу ежедневно, Сумасшедший Батч медленно ехал на велосипеде вниз по улицам, в то время как воришки окружали его на обоих тротуарах. Сумасшедший Батч врезался в пешехода, предпочтительно в старуху, после чего слезал со велосипеда и выдавал злобную тираду; вокруг громкой перепалки быстро собиралась толпа. И пока люди собирались все теснее, чтобы видеть и слышать, что проиходит, ловкие пальцы мальчиков проверяли все карманы и сумочки. Когда все собравшиеся были тщательно обворованы, или появлялся полицейский, мальчики разбегались, а Сумасшедший Батч внезапно приносил извинения своей "жертве" и уезжал на условленное место, где забирал у мальчиков добычу и выдавал каждому из них по несколько центов вознаграждения.
Характер молодежных банд менялся по мере расширения деятельности агентств социальной помощи, улучшения жилищных условий, роста эффективности полиции, и, особенно, хода реформ образовательной системы, которые обеспечили эффективный присмотр за детьми "спальных" районов. Весьма вероятно, что в Нью-Йорке сегодня не меньше подростковых банд, чем когда-либо, поскольку сбиваться в соперничающие группы вообще входит в природу подростков, но сейчас они имеют гораздо менее криминальный характер. До последнего времени - сейчас эта традиция несколько вышла из употребления, - причиной драк между молодежными бандами часто становились костры выборных ночей, поскольку, когда у одной группы кончались дрова, ее члены совершали грабительский набег на соседний костер, вокруг которого бесновалась другая банда. Эти бои всегда заканчивались более или менее длительной враждой, и после выборных ночей еще несколько недель шли частые сражения, так как ни одна банда не соглашалась смириться с понесенным поражением. В многих районах города, особенно в Гарлеме и верхней части Ист-Сайда, мальчики сражались на деревянных мечах, используя крышки от котлов в качестве щитов. Но возбуждение боя всегда переполняло сражающихся их, и они каждый раз брались за кирпичи и камни которыми в итоге обязательно разбивалось несколько голов и множество окон.
<<... предыдущая стр. :: следующая стр...>>
п»ї1 :: 2 :: 3 :: 4 :: 5 :: 6 :: 7 :: 8 :: 9 :: 10 :: 11 :: 12 :: 13 :: 14 :: 15 :: 16 :: 17 :: 18 :: 19 :: 20 :: 21 :: 22 :: 23 :: 24 :: 25 :: 26 :: 27 :: 28 :: 29 :: 30 :: 31 :: 32 :: 33 :: 34 :: 35 :: 36 :: 37 :: 38 :: 39 :: 40 :: 41 :: 42 :: 43 :: 44 :: 45 :: 46 :: 47 :: 48 :: 49 :: 50 :: 51 :: 52 :: 53 :: 54 :: 55 :: 56
| |
| |
|
|
|
