| |
 |
Кража трупа известного и влиятельного торговца была совершенно непохожа на обычное преступление, и было вполне очевидно в преступном мире, что кладбищенские воры не нуждались в постоянной защите полиции и политиков.
Но ничего не обнаруживалось до января следующего года, когда генерал Патрик Х. Джонс, юрист, который был раньше начальником почтового отделения на улице Нассо № 150, явился к старшему офицеру Уоллингу, и показал ему ручки и две серебряные рукоятки от гроба Стюарта. Также он показал бархатную ленту и треугольный кусок бумаги, сказав, что все это он получил через транспортную почтовую службу Канады. Предъявил он и несколько писем, подписанных Генри Г. Румэйном, где ему предлагалось выступить в качестве посредника и организовать возврат трупа, который Румэйн обещал безотлагательно организовать за двести пятьдесят тысяч наличными. Генерала Джонса в дальнейшем попросили вести переговоры через раздел частных объявлений в "Нью-Йорк Геральд". В одном из объявлений Ромэйн писал
" Останки были взяты до полуночи 6-го числа, а не в три часа утра 7-го числа.
Их увезли в фургоне для бакалейных товаров, а не на тележке. Они были отвезены не в какой-то дом рядом с церковным кладбищем, а в дом на Сто шестидесятой улице. Потом они были заключены в оцинкованный гроб и отправлены рано утром поездом. Они были перевезены в Платтсбург, а оттуда - в Доминион. Затем они были захоронены. Крому глаз, которые исчезли, тело все еще остается таким же твердым, а черты лица - такими же естественными, как и в день, когда тело хоронили; поэтому не составит никакого труда опознать его. Вложенный кусок бумаги в точности соответствует размеру куска бархата, изъятого из гроба, в то время как присланная вам лента будет доказательством того, что она часть того же материала, что и обивка гроба."
Посовещавшись с Хилтоном и со старшим офицером Уоллингом, генерал Джонс получил инструкции опубликовать объявление 5 февраля в "Нью-Йорк Геральд", предлагая начать переговоры. 11 числа был получен ответ, на котором стоял бостонский штемпель,и в котором Румэйн предложил вернуть труп на следующих условиях:
1. Выкуп в 200 000 долларов;
2. Тело будет передано Вам и Хилтону за двадцать пять миль от города Монреаль, никто другой присутствовать при этом не должен;
3. Деньги будут находиться у Вас, пока поверенный Хилтон не выскажет свое удовлетворение, после чего Вы передадите деньги моему представителю;
4. Обе стороны обязуются никому и никогда не разглашать существующее соглашение.
Хилтон не согласился и отказался вести дальнейшие переговоры. Тогда Ромайн сказал генералу Джонсу, чтобы тот переговорил с миссис Стюарт, но генерал отказался . Где-то в середине марта Хилтон предложил двадцать пять тысяч долларов за тело или кости Стюарта, но Ромайн "вежливо и твердо" отказал. Так дело оставалось без изменений более года. Но в конце 1880 года, миссис Стюарт, которая была ужасно огорчена кражей тела своего мужа, обратилась к кладбищенским ворам на свой страх и риск через Генерала Джонса, и Ромайн написал, что он вернет тело за сто тысяч долларов. Миссис Стюарт согласилась немедленно оплатить сумму, но Генерал Джонс возразил, предложив заплатить двадцать тысяч долларов, на которые Ромайн согласился, но снова установил жесткие требования по поводу оплаты и доставки денег. Он отметил что деньги должны представлять собой наличность, помещенную в брезентовый чехол, и что посыльный должен будет отправиться из Нью-Йорка около десяти часов в назначенный вечер в запряженном только одной лошадью экипаже, и ехать в уезд Вестчестер по тихой дороге, которая будет отмечена на карте округа. Ромайн написал, что за некоторое время до наступления утра его встретят и дадут дальнейшие указания. Родственник миссис Стюарт добровольно вызвался действовать в качестве посланника, и в назначенный час поехал в округ. Несколько раз за время всей ночи, что он ехал, ему казалось, что за ним следят, но только в три часа ночи появился наездник в маске, который указал ему повернуть свой экипаж в переулок. Через милю он подъхал к коляске, припаркованной у обочины, из которой вышли двое мужчин и подошли к нему. Оба были в масках, один из них нес тяжелый мешок из мешковины. Посланнику был вручен треугольный кусок материала в качестве доказательства идентичности, и деньги были переданы, тем временем кладбищенские воры погрузили мешок в экипаж и отправились на север на своем транспорте. Посланник поторопился назад в город с костями торговца, грохочущими под его ногами. Владелец похоронного бюро поместил их в сундук, и в следующую ночь они были перенесены в специальном грузовом вагоне в Гарден Сити, где уже был приготовлен пустой гроб в похоронном склепе Кафедрального Собора Гарден Сити. Там могильщик и посланник разместили кости, и гроб затем был спрятан в недоступное место под сводом Кафедрального собора. Там они находятся и по сей день, защищенные на протяжении многих лет тайными пружинами, которые, если дотронуться, приведут в движение скопление колоколов в церковной башне и пошлют предупреждающий знак всей деревне.
Глава 11
"Хиос" и их время
Самой великой бандой, из существовавших в Нью-Йорке после Гражданской Войны были "Хиос" - другого столь же порочного собрания головорезов, убийц, и воров в столице, возможно, никогда не существовало. Они как минимум не уступали в жестокости речным пиратам старого Четвертого округа. Происхождение названия банды неясно, считается, что оно пошло от необычного боевого клича гангстеров; сама же банда откололась в свое время от "чичестеров" из бывших Пяти Точек - таким образом последние пережили и "мертвых кроликов", и "уродских цилиндров", и "рубашек навыпуск", и другие порождения района Парадайз-сквер. "Хиос" в основном собирались в Малберри Бенд, чуть северо-восточнее Пяти Точек, хотя летом многих можно было найти бездельничающими на кладбище на улицах Парк и Мотт.
Главной улицей из находящихся во владениях Хиос была улица Бакстер, Орандж-стрит старых Файв Пойнтс, позже ставшая знаменитой своими магазинами ношеной одежды и зазывалами, которые силком затаскивали клиентов с тротуаров. Именно на улице Бакстер открыл свой магазин Харрис Коэн. Он быстро достиг столь потрясающего успеха, что еще по крайней мере дюжина других инициативных еврейских торговцев вывесили вывески с его именем, и в результате создалось впечатление, что все магазины в квартале и вокруг него принадлежали Харрису Коэну. Один из Коэнов держал на окне полную клетку английских воробьев, потому что его утонченному слуху их пение звучало как "чип-чип-чип!" - 1.
1 - Дешево-дешево-дешево! (англ)
Деньги, уходившие на корм для птиц, он считал расходами на рекламу.
Хотя домом "Хиос" и была Бакстер-стрит и другие улицы Малберри Бенд, их операции охватывали весь город, и некоторые из самых знаменитых своих набегов они провели по нижней части Вест Сайда и по району Гринвич Вилледж. Они всегда отчаянно сражались с другими гангстерами и с полицией, и были окончательно истреблены только в середине девяностых. Последними прибежищами этих выдающиеся головорезов были итальянский кабак на Уорт и Малберри стрит, и питейное заведение "Морг" в Бауэри, хозяин которого хвастался тем, что его продукция одинаково хорошо годится как для приема внутрь, так и для бальзамирования покойников.
Именно в "Морге" произошла последняя большая драка "хиос", начавшаяся из-за того, что Англичанин Чарли и Денвер Хоп поссорились, не поделив добычу, и начали стрелять друг в друга. Вскоре в перестрелке участвовали уже два десятка человек, но все были пьяны и в результате никто не был даже ранен. Хозяин "Морга" заявил, что глупо было и пытаться причинить кому-то вред, напившись его пойла.
Расцвет "хиос" пришелся на восьмидесятые и начало девяностых, когда банда включала в себя множество знаменитых преступников, среди которых были Хогги Уолш, Фиг МакДжеральд, Бык Харли, Гуги Коркоран, Бабун Конноли и Ред Рокс Харрел. Эти герои были не только убийцами и первостатейными драчунами, но и, в большинстве своем, специалистами по воровству, взломам и карманным кражам, а многие - владельцами кабаков и публичных домов. Большой Джош Хайнс стал знаменит тем, что первый провел "стасс", азартную игру, превратившуюся в позже в важный источник доходов для еврейских и итальянских банд. "Стасс" появился в Нью-Йорке примерно в середине восьмидесятых, и вскоре этой игрой увлекся весь район к востоку от Бауэри от Четэм Сквер до Четырнадцатой улицы и на запад до Бродвея*.
*"Стасс" представлял из себя разновидность "фараона"; имелось несколько вариантов этой игры, в наиболее популярном из которых игралось колодой с тринадцатью картами каждой масти, которые ранжировались от туза до короля. Сдающий перемешивал колоду и ставил её лицом вниз на стол. Игроки ставили свои пари на карты которые, по их мнению, должны были выпасть, и колода переворачивалась целиком. Карта, находившаяся наверху, отходила сдающему, и все поставленные на нее деньги переходили в банк. Следующая карта принадлежала игроку, и банк платил ему. Каждая вторая карта принадлежала сдающему, так что игроки никак не могли выиграть больше шести карт из тринадцати. Прибыли банка были огромны. Игра получила известность в преступном мире, как "еврейский фараон".
Вечер за вечером Большой Джош обходил все места, где играли, с двумя револьверами, и требовал выплатить проценты с прибыли. Когда хозяева заведений жаловались, Большой Джош возмущенно заявлял о своей щедрости; никто ведь не мог сказать, что весь его заработок был отобран.
- Эти парни просто психи, - злобно говорил он одному детективу. - Разве было хоть раз, чтобы я ничего им не оставил? Мне нужна только моя доля!
Говорили, что во время пика славы банды ее предводители не принимали в банду никого, кто не совершил бы убийства, или, по крайней мере не сделал бы честной попытки утвердить себя подобным образом среди аристократии преступного мира. Видимо, корни этой легенды кроются в замечании, брошенном Майком МакГлоином, одним из ранних "хиос", которого 8 марта 1883 года повесили в Томбс за убийство Луи Ханье, владельца салуна на западе Двадцать шестой улицы. Ханье застал МакГлоина за грабежом своей кассы, и возмущенный гангстер убил того одним ударом кистеня. На следующий день после убийства МакГлоин сказал: "Пока не уложишь кого-нибудь, крутизны в тебя нет!" Поздние "хиос" стали ревностными последователями догмы МакГлоина; многие из их рвались получить заказ убить или искалечить кого-нибудь, и рекламировали свою готовность к этим деяниям в печатных и письменных прейскурантах. Пионером такого метода привлечения клиентов был Скряга Райан, исключительно предприимчивый головорез. Когда его в конце концов арестовали за одно из многочисленных преступлений, полиция нашла у него в кармане следующий список:
Ударить кулаком 2 доллара
Подбить оба глаза 4
Сломать нос, челюсть 10
Завалить дубиной 15
Отрезать ухо 15
Сломать руку или ногу 19
Прострелить ногу 25
Пырнуть ножом 25
Большая работа от 100
<<... предыдущая стр. :: следующая стр...>>
п»ї1 :: 2 :: 3 :: 4 :: 5 :: 6 :: 7 :: 8 :: 9 :: 10 :: 11 :: 12 :: 13 :: 14 :: 15 :: 16 :: 17 :: 18 :: 19 :: 20 :: 21 :: 22 :: 23 :: 24 :: 25 :: 26 :: 27 :: 28 :: 29 :: 30 :: 31 :: 32 :: 33 :: 34 :: 35 :: 36 :: 37 :: 38 :: 39 :: 40 :: 41 :: 42 :: 43 :: 44 :: 45 :: 46 :: 47 :: 48 :: 49 :: 50 :: 51 :: 52 :: 53 :: 54 :: 55 :: 56
| |
| |
|
|
|
