| |
 |
Глава 8.
Призывной бунт (продолжение)
Второй день мятежа, 14 июля 1863 года, вторник, начался с двух убийств. Мужчины и женщины, числом более тысячи, всю ночь гулявшие в кабаках и танцевальных домах Бауэри и Пяти Точек, хлынули на Кларксон-стрит еще до рассвета и повесили на дереве негра Уильяма Джонса, когда тот попытался защитить жену и детей и помешать сжечь свой дом. Под ним развели огонь, и подонки плясали вокруг него, как сумасшедшие, вопя и бросая в его горящее тело камнями и кирпичами. На улицах Вашингтон и ЛеРой нападению подвергся еще один негр, по имени Уильямс. Десяток подонков прижали несчастного к земле, а их вожак размозжил негру череп огромным камнем, весившим больше двадцати фунтов, уронив его несколько раз подряд жертве на голову. Женщины, сопровождавшие мятежников, истыкали тело негра тожами и злили в раны масло, но не успели поджечь его, когда всех разогнал отряд полиции под командованием drill officer Коуплэнда и капитана Джона Диксона. Этот же отряд разогнал и толпу на Кларксон-стрит и снял тело Джонса.
Вскоре стало ясно, что Нью-Йорку предстоит день еще более суровых сражений, чем понедельник, и что для спасения города от огня и разграбления потребуется напряжение всех сил армии и полиции. К шести утра по всему городу стали собираться толпы, которые принялись буйно носиться по улицам, преследуя и избивая негров и грабя и поджигая дома. Одна из первых за день толп собралась внезапно на востоке Восемьдесят Шестой улицы и напала на здание двадцать третьего полицейского участка, всю охрану которого составлял Дорман Эблинг, патрульные которого вернулись в участок вскоре после полуночи. Здание было сожжено. Другая толпа провела демонстрацию перед домом мэра Опдайка, разбив окна и двери кирпичами и булыжниками прежде чем ее разогнали полицейские и солдаты. Еще одна орущая толпа пронеслась по Площади Издательств, чтобы напасть на здания "Таймс" и "Трибюн", но, увидев привезенные ночью пушки и гаубицу, мятежники в панике бежали на север по Парк Роу и Центральной улице. Третья банда сожгла дом полковника Роберта Наджента, помощника генерального начальника военной полиции, на западе Восемьдесят Шестой улицы.
Большие толпы собрались до рассвета на Девятой и Первой Авеню и ожесточенно воздвигали баррикады, которые позже, днем, сильно мешали работе полиции и войск. Мятежники срубали телеграфные и фонарные столбы и укладывали их поперек улицы, а между столбами бандиты свалили тележки, бочки, ящики и обломки мебели, украденной из окрестных домов и магазинов. Укрепления на Пятой Авеню тянулись от Одинадцатой до Четырнадцатой улицы, а на Девятой Авеню - от Тридцать Второй до Сорок Третьей.
Переулки между ними тоже были перегорожены. Весь день мятежники скрывались за этими укреплениями от натиска полиции и военных. Отогнать их и разобрать баррикады удалось только тогда, когда солдаты дали по толпе несколько мощных залпов из мушкетов.
Инспектор Дэниел Карпентер собрал к шести утра в штабе двести полицейских, и отпраил их в верхнюю часть города на подавление новых очагов мятежа на Второй Авеню, представлявших угрозу для завода Юнион Стим Уоркс н Двадцать Второй улице, откуда полиция была не в силах эвакуировать склад оружия. Отряд вошел на Вторую Авеню на квартал ниже завода, и обнаружил толпу, занимавшую все свободное пространство к северу от Тридцать Третьей улицы. Сотни мятежников, вооруженных мушкетами, саблями и пистолетами, смело вступили в бой с полицией, а между тем многие из них проникли в дома по обе стороны Второй Авеню на отрезке от Тридцать Второй до Тридцать Третьей улицы, и заняли позиции на крышах, запасясь в изобилии камнями и кирпичами. Повторяя стратегию боя на кглу Бродвея и Эмити-стрит, инспектор Карпентер выстроил своих людей в две шеренги, которые медленно двинулись на север, не встречая особого сопротивления, кроме нескольких беспорядочных выстрелов, пули от которых просвистели у полицейских над головой, или выщербили асфальт перед ними. Но на Тридцать Второй улице мятежники, засевшие на крышах, внезапно обрушили на полицейских град кирпичей и камней, и тут многие стражи порядка упали под тяжелыми ударами. В то же мгновение толпа, которая постепенно окружала наступающий отряд, набросилась на него спереди и сзади, но люди Карпентера сражались так яростно и дисциплинированно, что очистили улицу за пятнадцать минут, и мятежники вскоре уже жались в кучки футах в ста от грозных дубинок. Отпугнув толпу, около пятидесяти полицейских кинулись в дома, взобрались изнутри на крыши, и набросились на засевших там гангстеров. Мятежники не могли противостоять косящим их дубинкам, и многие прыгали вниз и разбивались. Оставшихся сбивали вниз сами полицейские, а тех, кто, упав на улицу, пытался убежать, валили люди Карпентера. Около полусотни мятежников заняли салун на углу Второй Авеню и Тридцать Первой улицы, и стреляли из окон из мушкетов и пистолетов, но полицейские выбили их оттуда без потерь, хотя многие и были легко ранены. Один из бандитов прострелил полисмену фуражку, но тот схватил его поперек туловища и выбросил в окно, где мозги гангстера разлетелись мостовой.
Известия о суровых боях дошли до арсенала на Седьмой Авеню, и генерал-майор Сэндфорд отправил на помощь полиции полковника Х.Дж.О'Брайена из Одиннадцатого Нью-Йоркского Добровольческого Полка и с ним - сто пятьдесят пехотинцев из различных частей. Этот отряд был усилен двумя шестифунтовыми пушками и двадцатью пятью артиллеристами под командованием лейтенанта Иглсона. Инспектор Карпентер, увидев войска, подходящие по Второй Авеню, тут же предпринял новую атаку на мятежников, но ярость бунтарей возросла, и они не сдавали позиций, швыряя в солдат и полицейских камнями и кирпичами и ведя плотный огонь из мушкетов и пистолетов. Полковник О'Брайен бросил вперед войска, и пехота дала несколько залпов, но натиск мятежников оставался все таким же свирепым. Тогда лейтенант Иглсон отдал приказ стрелять из орудий, и шестуфунтовые пушки обрушили на скученные ряды мятежников разрушительный град картечи.Потребовалось шесть залпов, чтобы мятежники дрогнули, отступили, и разбежались во все стороны, оставляя на мостовой и в переулках кучи убитых и раненых. Среди убитых была женщина с ребенком на руках. Ее уложило первым же залпом, но ребенок, прикрытый ее телом, остался невредим, хотя мать практически растоптала носившаяся туда-сюда толпа.
Когда на Второй Авеню установилось относительное спокойствие, инспектор Карпентер отправился в восточную часть города, где разогнал еще несколько уличных толп. Полковник О'Брайен отвел солдат обратно в арсенал, но три часа спустя вернулся на место боя в одиночку, поскольку в тех краях находился его дом, и он хотел убедиться в безопасности своей семьи и своей собственности. Полковник добрался домой без приключений, и, выяснив, что миссис О'Брайен с детьми уехала в Бруклин к родным еще до начала боев, отправился обратно. Но его узнали, когда он проезжал по Второй Авеню, и несколько человек попытались стащить его с коня, а другие в это время бросали в него камни. О'Брайен спешился и зашел в салун на углу Девятнадцатой улицы и Второй Авеню. Когда он вышшел оттуда, собралась большая толпа, где все подталкивали друг друга убить полковника. Со шпагой в одной руке и револьвером в другой, полковник медленно пошел по улице к своему коню. Но не прошел он и десяти шагов, как толпа бросилась на него, и чья-то дубинка сбила О'Брайена с ног. Не успел он подняться на ноги, как на него уже насели. Полковника били и пинали, потом ему связали ноги и потащили по булыжникам. Вмешательство оказавшегося там католического священника ограничилось отправлением последних церковных обрядов, после чего святой отец отбыл, оставив полковника О'Брайена на милость разъяренных мятежников. Более трех часов они мучали его, тыкая ножами и кинжалами, роняя камни на ему на тело и на голову, и волоча его туда-сюда по улице под победные вопли.
Затем его бросили, и весь долгий душный июльский вечер он лежал на мостовой без сознания. Ни один из его друзей не осмелился спасти его или хотя бы принести ему воды. После захода солнца появилась еще одна большая толпа, которая продолжила пытки истерзанного и избитого тела полковника, которое в конце концов оттащили на его собственный двор. Там им занялась банда гарпий из Файв Пойнтс, которые, изуродовав его ножами, принялись бить полковника камнями по голове, пока тот не умер.
Свирепая атака сил под руководством инспектора Карпентера и полковника О'Брайена отвлекла внимание мятежников от Юнион Стим Уоркс, но когда полицейские и солдаты ушли, толпа вновь собралась и захватила завод после короткого боя с немногочисленной охраной. Но мятежники не только не принялись за раздачу карабинов, но даже не взломали хранилище. Они оставили на заводе около пятисот головорезов, очеведно, намереваясь использовать его в качестве своего штаба и центра деятельности мятежников Ист-Сайда. Когда известия о захвате Стим Уоркс дошли до штаба, на Вторую Авеню отправились две сотни полицейских под руководством инспектора Джорджа Дилкса, и здание было шаг за шагом освобождено в ходе ожесточенного сражения. Множество мятежников было загнано на крышу и убито там; цеха, комнаты и площадь перед зданием были завалены мертвыми и умирающими. Живший неподалеку врач рассказывал, что в течение часа ему пришлось осмотреть двадцать одно ранение в голову, все оказались смертельными.
<<... предыдущая стр. :: следующая стр...>>
п»ї1 :: 2 :: 3 :: 4 :: 5 :: 6 :: 7 :: 8 :: 9 :: 10 :: 11 :: 12 :: 13 :: 14 :: 15 :: 16 :: 17 :: 18 :: 19 :: 20 :: 21 :: 22 :: 23 :: 24 :: 25 :: 26 :: 27 :: 28 :: 29 :: 30 :: 31 :: 32 :: 33 :: 34 :: 35 :: 36 :: 37 :: 38 :: 39 :: 40 :: 41 :: 42 :: 43 :: 44 :: 45 :: 46 :: 47 :: 48 :: 49 :: 50 :: 51 :: 52 :: 53 :: 54 :: 55 :: 56
| |
| |
|
|
|
