| |
 |
На следующий день рано утром банды Пяти Точек, на этот раз усиленные и "гвардией Роуча", вышли из Парадиз Сквер и напали на кабак "Зеленый Дракон" на Брум-стрит возле Бауэри, излюбленное место отдыха "парней" и других банд Бауэри. С железными прутьями и булыжниками в руках, бандиты с Пяти Точек ворвались в здание, не дав головорезам Бауэри сбежаться на его защиту, и, разгромив бар и взломав пол в танцевальном зале, перешли к распитию захваченных спиртных напитков. Известие о произошедшем дошло до "парней из Бауэри", и они повылазили из своих нор, к ним присоединилась "атлантическия гвардия" и другие банды, которые были преданы им лично или Бауэри в целом. Вся эта толпа прибыла на Баярд-стрит и началось одно из самых свирепых побоищ в истории города.
Один полицейский, который, руководствуясь скорее смелостью, чем рассудком, попытался пробить себе путь через дерущуюся толпу, чтобы арестовать главарей, был сбит с ног и раздет, а затем жутко избит своей собственной дубинкой. Он выбрался из толпы к тротуару, и, совершенно голый, если не считать кальсон, побежал в штаб полиции метрополии на Уайт-стрит, где поднял тревогу и рухнул без сил. На восстановление порядка был послан отряд полицейских, но когда они браво вошли на Центральную улицу, на них набросились бандиты, и после тяжелой схватки, в которой несколько человек было ранено, полицейским пришлось отступить. Однако, они собрались и в итоге прорвались в середину толпы, где арестовали двух человек, которых сочли вожаками. Но стражам порядка вновь пришлось отступить, так как гангстеры заполнили все дома вдоль Бауэри и Баярд-стрит, выгнав оттуда жителей, выбрались на крыши, и оттуда забросали полицию камнями и кирпичами.
Когда полиция ретировалась без арестованных, на несколько минут воцарилось спокойствие, но напряжение росло, и вот "мертвые кролики" яростно бросились вперед, когда прибежала стайка девиц из Пяти Точек, принявшихся громко смеяться над их трусостью. За женщинами спешило и подкрепление из притонов Парадайз-сквер, а с другой стороны тоже подтягивались новые головорезы, желавшие стать героями Бауэри. По приблизительным оценкам, в драке активно участвовали от восьмисот до тысячи бойцов, вооруженных дубинками, булыжниками, кирпичами, топорами, вилами, пистолетами и ножами. Со всех районов города сбежалось еще несколько сотен воров и головорезов, которые не были членами ни одной из банд. Их привлекала перспектива свободно пограбить, с учетом того, что если там и будет полиция, она будет занята исключительно мятежниками. Они нападали на жилые дома и магазины по всем улицам Бауэри, Баярд, Бакстер, Малберри и Элизабет, так что владельцы были вынуждены забаррикадировать свои дома и защищать свою собственность с помощью мушкетов и пистолетов. "Кирпичи, камни и дубинки так и мелькали в воздухе", писала "Нью-Йорк Таймс" от 6 июля 1857, "и летали из окон во всех направлениях, а люди носились по улицам, размахивая огнестрельным оружием. Раненые мужчины лежали на тротуаре, их топтали. Вот "кролики" перешли в наступление и погнали своих противников вверх по Баярд-стрит в Бауэри. А вот к терпящим поражение подошло подкрепление, и они бросились на своих преследователей и заставили тех отступать к Малберри, Элизабет и Бакстер-стрит."
Днем комиссар полиции Симон Дрейпер послал более многочисленный отряд полицейских на место беспорядков, и сомкнутым строем они двинулись на поле боя, на каждом шагу отражая нападения. Они очищали улицу по мере своего передвижения, и загоняли десятки "мертвых кроликов" и "парней Бауэри" в дома и на крыши, избивая их дубинками. Один отчаянный гангстер, который отказался сдаваться, был выброшен с крыши дома на улице Бакстер, и разбил голову при падении. Тут же его до смерти запинали противники. На другой крыше полиция захватила двух вожаков "мертвых кроликов", и хотя гангстеры Пяти Точек свирепо набросились на стражей порядка, отвели задержанных в отделение полиции под одобрительные крики "парней Бауэри".
Но как только полиция скрылась из виду, гангстеры возобновили сражение, и беспорядки продолжились еще яростнее, чем прежде. На улицах появились баррикады из тележек и камней, и гангстеры, укрывшись за ними, стреляли, швыряли кирпичи и махали дубинками. Один из огромных "мертвых кроликов" спокойно расхаживал перед своей баррикадой, и, хотя в него стреляли неоднократно, с такой смертельной точностью стрелял из пистолета, что убил двух головорезов Бауэри и двух других ранил. Наконец он был сбит с ног маленьким мальчиком, чей брат сражался в рядах "парней Бауэри", и потерял сознание. Этот парнишка забрался на баррикаду, и когда бандит оказался достаточно близко, ударил огромным кирпичом, самым тяжелым, какой только смог поднять, по голове "мертвого кролика".
Полиция продолжала попытки разогнать сражающиеся банды, но каждый раз терпела неудачу, и несколько раз полицейские отступали и несли серьезные потери. Вечером полицейские власти в отчаянии обратились к капитаном Исайе Райндерсу, политическому боссу Шестого округа, и следовательно, королю гангстеров Пяти Точек, и умоляли его остановить побоище. Но хулиганы были так распалены, что отказались подчиниться его приказам, а пока он стоял перед их баррикадами, увещевая своих гангстеров, "парни Бауэри" перешли атаку и капитан Райндерс был жестоко избит, пока его не укрыли собственные головорезы. Видя тщетность дальнейших воззваний, он направился в штаб полиции метрополии, и посоветовал комиссару Дрейперу вызвать войска. Тем временем гангстеры подожгли два или три дома, и продолжали сражаться, а самостоятельные головорезы изводили домовладельцев, которые не бежали из района боевых действий.
Комиссар Дрейпер попросил генерал-майора Сэндфорда бросить в бой три полка, но только в девять часов раздался рев горнов и дробь барабанов, и по Уайт и Ворф Стрит прошли солдаты. Штыки их сверкали в свете луны и горящих зданий, а перед ними шли два полицейских отряда по семьдесят пять человек в каждом - они избивали дубинками каждого гангстера, которого удавалось поймать. Вместо трех пришло два полка, Восьмой и Семьдесят первый, и ни один из них не был укомплектован, но их вида было достаточно, чтобы принудить головорезов к повиновению. Бандиты покинули поле битвы и разбежались обратно по кабакам. Больше не было беспорядков, так как полиция и солдаты патрулировали район в течение ночи и следующего дня. За два дня боев было убито восемь человек, и более сотни было ранено, из них с полсотни были вынуждены лечь в больницу. Говорят, что гораздо больше мертвых и раненых было унесено своими товарищами, так как спустя несколько дней после битвы в подвалах и в подземных проходах Пяти Точек и Парадайз-сквер появилось с полдюжины новых могил, и некоторых из наиболее заметных членов "мертвых кроликов" и "парней Бауэри" больше не видели в их излюбленных местах. Шестого июля несколько залетных "парней Бауэри" устроили отчаянную потасовку с "керрионцами" на Центральной улице, но их оттеснили обратно в Бауэри и на Чэтэм-сквер, прежде чем полиция успела вмешаться. Через несколько дней волнения охватили немецкие поселения в Ист-Сайде, возле Ист-Ривер, и большие отряды полиции были отправлены на Авеню А и Б для подавления стычек между честолюбивыми молодыми хулиганами этой области, которые принялись подражать поступкам своих ирландских товарищей. Еще около недели периодически вспыхивали драки всякий раз, когда шайки гангстеров Пяти Точек наталкивались на головорезов из Бауэри, но первые очень обижались на то, что полиция и газеты называли их "преступниками". ""Мертвые кролики" попросили нас", - писала "Таймс", - "опубликовать их заявление о том, что члены клуба "мертвые кролики" - не воры, что они не принимали участие в беспорядках с "парнями Бауэри", и что побоище на Малберри Стрит произошло между "гвардией Роача" с Малберри Стрит и "атлантической гвардией" из Бауэри. "Мертвые кролики" заверили нас, что очень чувствительны в вопросах чести, и не позволят ни одному вору жить с ними под одной крыщей, тем более быть членом их клуба."
3.
Ситуация сравнительно улучшилась, когда мэр Вуд наконец распустил муниципальную полицию, но перед правлением метрополии встали серьезные трудности в вопросе пополнения своих сил. К осени, когда финансовая паника началась всерьез, во всем районе было не более восьмисот действующих полицейских, примерно по одному стражу порядка на восемьсот четыре жителя. Хотя в основном преступники уже находились к этому времени под контролем, и даже банды устали от постоянных войн, но все еще случались вспышки беспорядков и мародерства, более того, они происходили все чаще и становились все более серьезными, поскольку банки, заводы и другие деловые учреждения закрывались и наполняли город безработными. И в ноябре, с наступлением зимы, толпы голодных и безработных, напуганные перспективой умереть от голода, блуждали по улицам, выпрашивая хлеб и работу. Несколько раз опасность угрожала Государственному Арсеналу, в котором хранилось огромное количество мушкетов и боеприпасов, и у его здания была выставлена полицейская охрана, а войска Армии Соединенных Штатов день и ночь несли службу в Таможне в Бэттери и Государственной Пробирной Лаборатории на Уолл Стрит. Только когда финансовая погода улучшилась, и деловая активность вернулась в нормальное русло, правление полиции метрополии смогло продолжить реорганизацию департамента.
<<... предыдущая стр. :: следующая стр...>>
п»ї1 :: 2 :: 3 :: 4 :: 5 :: 6 :: 7 :: 8 :: 9 :: 10 :: 11 :: 12 :: 13 :: 14 :: 15 :: 16 :: 17 :: 18 :: 19 :: 20 :: 21 :: 22 :: 23 :: 24 :: 25 :: 26 :: 27 :: 28 :: 29 :: 30 :: 31 :: 32 :: 33 :: 34 :: 35 :: 36 :: 37 :: 38 :: 39 :: 40 :: 41 :: 42 :: 43 :: 44 :: 45 :: 46 :: 47 :: 48 :: 49 :: 50 :: 51 :: 52 :: 53 :: 54 :: 55 :: 56
| |
| |
|
|
|
