| |
 |
Потенциальную энергию тела мы можем узнать, измерив высоту его положения над уровнем моря. А можно ли как-то измерить температуру? Первым принцип ее измерения придумал Галилео. Практически все вещества расширяются при нагревании и сжимаются при охлаждении. И в 1592 году Галилео изобрел «воздушный термометр», в котором в зависимости от температуры измерялся объем воздуха, что приводило к изменению уровня воды в трубке. К сожалению, на уровень воды в трубке влиял также и такой параметр, как атмосферное давление, так что показатели такого термометра были ненадежными.
За этим термометром последовали другие, закрытые, на которые атмосферное давление уже не влияло. В таких термометрах жидкость заливали в колбу и она частично заполняла тоненькую запаянную капиллярную трубку, таким образом, что даже небольшие изменения общего объема жидкости заметным образом сказывались на уровне этой жидкости в трубке. Изменения уровня и отражали изменения температуры.
В 1715 году немецкий физик Габриэль Даниэль Фаренгейт впервые использовал в качестве жидкости, уровень которой изменялся в тщательно градуированной трубке термометра, ртуть. Таким образом и был изобретен инструмент, которым мы до сих пор пользуемся в неизменном виде. В Соединенных Штатах, Великобритании, Канаде, Южной Африке, Австралии и Новой Зеландии до сих пор используется и шкала Фаренгейта, разработанная им самим. На этой шкале температуре таянья льда соответствует показатель 32 градуса (обозначается 32о), а температуре кипения воды – 212о. Шкала обозначается буквой F после цифр.
В других странах, а также в научной среде, используется десятичная шкала, которую разработал шведский астроном Андерс Цельсий, где температура таянья льда взята за 0о, а температура кипения воды – за 100о. Шкала Цельсия обозначается буквой С после цифр.
Изобретение термометра позволило получить некоторые данные не только о температуре, но и о количестве тепла, содержащегося в веществе.
Предположим, что литр спирта нагрели до 60о, а затем быстро перемешали с литром воды температурой 20о. Тепло, естественно, перейдет от горячего спирта к холодной воде. По ощущениям понятно, что температура получившейся смеси – «что-то среднее» между горячим спиртом и холодной водой. Естественно предположить, что она будет представлять собой среднее значение, и если бы не было термометра, то исследовать этот вопрос глубже не получилось бы.
Однако, когда оказалось, что температуру можно измерить, «ощущение чего-то среднего» перестало удовлетворять нас, как показатель температуры итоговой смеси. Напрашивалось предположение, что перемешав равные объемы жидкости с температурой в 20о и 40о, мы получим в итоге смесь с температурой 40о – однако оказалось, что это не так. Температура получившейся в итоге смеси воды со спиртом оказалась всего 36о.
Почему? Очевидно, что количество тепла, содержащегося в нагретом до определенной температуры спирте, меньше, чем количество тепла, содержащегося при тех же условиях в воде. Другими словами, количество тепла, необходимого для нагрева спирта на десять градусов, меньше, чем количество тепла, необходимого для нагрева на эту же температуру воды. И наоборот, количество тепла, отдаваемого спиртом при охлаждении на десять градусов, меньше, чем количество тепла, отдаваемого при этом же процессе водой. Можно провести аналогию, как будто вода и спирт – это широкий и узкий сосуды с водой. Для того, чтобы в широком сосуде вода уровень воды поднялся на пять сантиметром, нужно больше воды, чем для того, чтобы добиться того же самого в узком. Если уровень воды в обоих сосудах будет одинаковым, то в широком жидкости будет больше. Так и здесь – если нагреть воду и спирт до одной и той же температуры, вода будет содержать при этом больше тепла.
Тогда загадка низкой температуры смеси спирта и воды объясняется. Тепла, высвобождаемого при охлаждении алкоголя на 24о (с 60о до 36о), достаточно ровно для того, чтобы нагреть равный объем воды лишь на 16о (с 20о до 36о), и в итоге мы получаем температуру общей смеси в 36о.
Шотландский физик Джозеф Блэк стал первым исследователем данного явления. К 1760 году он провел множество экспериментов по измерению количества тепла, необходимого для того, чтобы нагреть определенное количество различных веществ на определенное количество градусов. Это свойство ученый назвал «удельной теплоемкостью» вещества.
За единицу была взята теплоемкость воды. Для нагревания спирта требуется 2/3 от количества тепла, необходимого для нагревания воды. Значит, теплоемкость спирта – приблизительно 0,65. Теплоемкость еще одной жидкости, ацетона – 0,5, и так далее.
Обнаружилось, что теплоемкость воды очень велика; она оказалось одной из самых высоких вообще. А у большинства металлов теплоемкость оказалась крайне низкой: теплоемкость алюминия – 0,22; меди – 0,093; свинца – 0,031. Мы и из бытового опыта знаем, как быстро раскаляется на газу пустая алюминиевая кастрюля, и как долго нагревается даже небольшое количество воды.
Точности ради надо добавить, что на измерение теплоемкости влияет также и температура измеряемого вещества – горячее вещество имеет большую теплоемкость, чем холодное.
Все эти эксперименты не могли не привести к необходимости разработки единиц измерения количества тепла (не путать с температурой!).
За такую единицу было взято количество тепла, необходимое для того, чтобы нагреть один грамм воды с 14,5о до 15,5о. Единица эта получила название «калория», от латинского слова, означающего «тепло». Естественно, используется также и более крупная единица – килокалория, это то количество тепла, которое необходимо, чтобы нагреть один килограмм воды опять же с 14,5о до 15,5о. Килокалория в тысячу раз больше, чем калория.
Зачастую в обиходе последнюю тоже называют «калорией» и это приводит к путанице. Особенно часто неправильным использованием слова «калория» злоупотребляют диетологи, подразумевая под ним, конечно же, «килокалория».
Но вернемся же к Джозефу Блэку. Ему принадлежит честь совершения еще одного важного открытия в области изучения тепла. Он обнаружил, что лед при нагревании плавится, но при этом образующаяся в процессе смесь воды и льда не начинает нагреваться до тех пор, пока не растает весь лед. Количество теплоты, затраченной на процесс таяния льда, оказалось таким, что если бы оно пошло на нагревание такого же количества ледяной воды, то вода нагрелась бы почти до точки кипения. На то, чтобы растопить один грамм льда, тратится 80 калорий. Блэк описал эту теплоту, как «латентную», то есть – «скрытую», «невидимую», поскольку теплоззатраты не отражаются на подъеме температуры. Как и слово «потенциальный» в словосочетании «потенциальная энергия», дополнительное определение было введено для обозначения чего-то, что присутствует неочевидным образом. В современной физике эту теплоту называют «теплотой плавления» (в данном случае «плавление» равнозначно «таянию»).
Существует еще одна форма латентной теплоты – это теплоты, затраченная на кипячение жидкости. При добавлении теплоты к кипящей жидкости ее температура не растет, она просто кипит, пока не выкипит до конца. На кипячение тратится еще больше тепла, чем на таяние. Так, на выпаривание одного грамма нагретой до 100о воды тратится около 540 калорий, а результате получается один грамм пара той же температуры. Это «теплота кипения».
Кроме того, Блэк обнаружил, что при замерзании воды (или конденсации пара обратно в воду) латентная теплота выделяется обратно. Вещество поглощает тепло при таянии и выделяет при замерзании, поглощает при испарении и выделяет при конденсации. Этот процесс напоминает переход энергии из кинетического в потенциальное состояние и обратно, что позволило выдвинуть предположение о том, что тепло – это сохраняемое явление, или, как минимум, является частью некоего составного сохраняемого явления.
Чтобы изменение температуры можно было представить с помощью изменений объема жидкости, значит, объем жидкости должен изменяться равномерно. Иначе промежутки между градусами на шкале термометра были бы неравномерными. Равномерность изменений объема – ни в коем случае не само собой разумеющееся явление. Например, вода по мере нагревания расширяется неравномерно. На самом деле, на промежутке от 0 до 4 градусов вода даже сжимается с повышением температуры. А вот ртуть, как оказалось, расширяется вполне равномерно, и это – одна из причин, по которой именно ртуть используют в градусниках.
Сначала изучению подвергались, естественно, те жидкости, которые используются в градусниках. Неудачная попытка Галилея создать газовый термометр казалась забытой, и последующие двести лет изучению влияния изменения температуры на газы уделялось крайне мало внимания.
Так, в 1660 году английский физик Роберт Бойль первым показал, что давление и объем заданного количества газа находятся в обратно пропорциональном отношении (закон Бойля). Если удвоить давление на газ, его объем уполовинится; если утроить давление – объем сократится втрое, и так далее. Это один из краеугольных камней современной химии, но Бойль забыл указать, что это соотношение верно только при неизменной температуре. Очевидно, температура и ее влияние на объем газов не входили в сферу его интересов.
Примерно в 1680 году французский физик Эдм Мариотт независимо от Бойля заново открыл его закон, и вот он уже отметил, что на объем газа оказывает влияние также и температура. В Европе закон Бойля называют законом Мариотта, в русскоязычной же терминологии этот закон носит двойное название – закон Бойля-Мариотта.
Следующий шаг совершил в 1699 году французский физик Гийом Амонтон, отметив, что изменение температуры на заданную величину приводило к одинаковому в процентном соотношении расширению различных масс воздуха.
Однако, лишь в 1787 году этот вопрос подвергся точному измерению. Французский физик Жак Александр Сезар Шарль окончательно продемонстрировал, что газы расширяются и сокращаются равномерно по мере измерения их температуры (закон Шарля) – два века спустя после того, как Галилео интуитивно догадался о том же самом и создал свой термометр.
Шарль выяснил, что газ (а лишь в восемнадцатом веке впервые было установлено существование иных газов, кроме воздуха) расширяется примерно на 1/273 от своего объема при 0о с повышением температуры на каждый градус. Соответственно, при понижении температуры на 1о газ сокращался в объеме на 1/273 от своего объема при 0о.
То есть, если мы возьмем 273 литра газа при температуре 0о, и начнем нагревать, то его объем вырастет до 274 литров при 1о, до 275 – при 2о, до 276 – при 3о, и так далее. И наоборот, при -1о объем газа сократится до 272, при -2о – до 271, при -3о – до 270, и так далее.
Если предположить, что если закон Шарля верен до самого конца, то при
-273о объем газа станет равным нулю, а при более низких температурах величина объема газа примет отрицательное значение, чего быть не может в принципе.
Физиков такие расчеты не особенно изумляли, поскольку основывались на предположении, что закон Шарля верен и для сверхнизких температур, а имелись некоторые признаки, позволяющие предположить, что это не так. Во времена Шарля и еще столетие спустя получение действительно низких температур было делом невозможным, и проверить действие закона в таких условиях было нельзя. Однако, уже к 1900-му году стало ясно, что задолго до -273о все газы конденсируются в жидкости, а на жидкости закон Шарля не распространяется. Так что – никакого парадокса.
Тем не менее, температура в -273о действительно оказалась неким критическим значением, и ученые считают ее «абсолютным нулем», точкой, ниже которой температура опуститься не может в принципе. Сейчас самым точным значением абсолютного нуля называют -273,16о, но мы позволим себе округлить это значение. Абсолютный нуль – это температура, при которой тело вообще не содержит тепла. Если принять ее за ноль, и отсчитывать от нее привычные нам градусы по Цельсию, то получится, что вода замерзает при 273о, закипает при 373о, и так далее. Это – абсолютная шкала температуры (см. рис. 3).
В 1848 году английский физик Уильям Томпсон (позже он получит статус пэра, и нам сейчас он более известен, как лорд Кельвин), установил эту систему на прочную теоретическую основу. Поэтому абсолютную шкалу чаще называют «шкалой Кельвина», и, скажем, температуру замерзания воды по ней можно обозначить и как 273оА, и как 273оК, причем последнее обозначение встречается чаще.
На шкале Фаренгейта, абсолютный ноль – это -460оF (точнее, -459,69оF), и можно взять эту точку за ноль, а дальше отсчитывать от нее градусы по Фаренгейту. Первым, кто стал пользоваться такой шкалой, был шотландский инженер Уильям Джон Макуорн Ранкин, и шкала эта теперь называется «шкалой Ранкина». Точка замерзания воды на этой шкале будет равна 492оRank, а точка кипения воды – 672оRank.
<<... предыдущая стр. :: следующая стр...>>
1 :: 2 :: 3 :: 4 :: 5 :: 6 :: 7 :: 8 :: 9 :: 10 :: 11 :: 12 :: 13 :: 14 :: 15 :: 16 :: 17 :: 18 :: 19 :: 20 :: 21 :: 22 :: 23 :: 24 :: 25 :: 26 :: 27 :: 28 :: 29 :: 30 :: 31 :: 32 :: 33 :: 34 :: 35 :: 36 :: 37 :: 38 :: 39 :: 40 :: 41 :: 42 :: 43 :: 44 :: 45 :: 46 :: 47 :: 48 :: 49 :: 50 :: 51 :: 52 :: 53 :: 54 :: 55 :: 56 :: 57 :: 58 :: 59 :: 60 :: 61 :: 62 :: 63 :: 64 :: 65 :: 66 :: 67 :: 68 :: 69 :: 70 :: 71 :: 72 :: 73 :: 74 :: 75 :: 76 :: 77 :: 78 :: 79 :: 80 :: 81 :: 82 :: 83 :: 84 :: 85 :: 86 :: 87 :: 88 :: 89 :: 90 :: 91 :: 92 :: 93 :: 94 :: 95 :: 96 :: 97 :: 98 :: 99 :: 100 :: 101 :: 102 :: 103 :: 104 :: 105 :: 106 :: 107 :: 108
| |
| |
|
|
|
